Метрополитен-опера поступилась традицией продавать стоячие места за два часа до спектакля. Несколько мест теперь продают за месяц, два и даже пять вперед. Присылают разнарядку Алле Свердловой: на «Лючия ди Ламермур» Доницетти 8 марта – 4 билета, «Тристан и Изольда» Вагнера 22 марта – 8 билетов, через неделю «Эрнани» Верди – 6 билетов… и так до майского спектакля «Первый император» Тона Дуна. Дневные спектакли по субботам. А больше ни на какие эти люди пойти не могут. Они вообще не могут пойти в обычном смысле этого слова. Они – инвалиды-колясочники, люди, которые потеряли конечности или которых лишили подвижности болезни, страшные болезни, такие как рассеянный склероз, церебральный паралич, фибромиалгия…
«Многих они лишают не только подвижности, но и смысла жизни, некоторые с этим смиряются, — говорит Алла Свердлова. – Но мы про-тив этого. Мы за жизнь активную, насыщенную. В пределах, конечно, возможного. Мы объединились для того, что вырвать обиженных судьбой братьев наших и сестер из постелей, оторвать от телевизоров, избавить от пролежней».
Они объединились сначала в Клуб поддержки русскоязычных колясочников, а потом это стало Wheel Chair Support Association с базой в Центре ухода за пожилыми в Канарси. Хотя база – это очень условно, сюда члены ассоциации съезжаются только по особым случаям, это – место встречи, которое изменить как раз можно. И чем чаще – тем лучше. Члены ассоциации встречаются на мероприятиях, на концертах и в музеях, на пикниках, на уроках английского языка, на совместных днях рождения, митингах протеста и поддержки, на праздничных торжествах.
Вот идет 8 марта. Конечно же, они, а большинство членов ассоциации – женщины, будут праздник отмечать. И не просто за столом. Анна Конрад, по прозвищу «Миллион анекдотов», взяла на себя программу-сюрприз. Но кое-что об этой программе известно заранее: состоится конкурс хоум-аттендантов – The Best Helper. «Хоть как-то мы можем выразить свою признательность истинным сестрам нашим милосердия, без которых нам не только в музей, но и, извините, в туалет не попасть», — говорит Анна.
— Будете писать о нас – начните с них, — просит Алла Свердлова. – Пусть долго никто из них с нами не задерживается. Это тяжело и физически, и морально, а платят те же деньги, что и тем, кто обслуживает обычных клиентов. А тут еще инвалиды эти –непоседы...
Действительно непоседы. За прошлый год у членов ассоциации состоялось 61 мероприятие при средней посещаемости 25 человек. Эй, здоровые люди, вы тоже выбираетесь каждую неделю? Вы встречались в феврале в Центральной библиотеке с Виктором Шендеровичем, вы пойдете на встречу с Михаилом Веллером, вы были в январе на выставке Камиля Писсарро в Еврейском музее, вы пойдете на пуримовский концерт в Кингсбэй Y?… Они пойдут! Они поедут. Они распланировали жизнь. Да еще и обеспечили, как модно говорить, логистику этих пла-нов.
Тут как: Алла, глава ассоциации и ее начальник штаба, ежедневно ворошит журналы-«меню» вроде Time Out, газеты, узнает, где что происходит, что должно произойти. Затем проводятся телефонные конференции с бригадирами – 80 колясочников разбиты на семь бригад по месту жительства. Бригадиры также подбрасывают идеи. Когда достигается консенсус, составляется расписание, обзваниваются рядовые члены, часть из которых приходится уговаривать… А дальше начинается переписка и перезвон с администраторами и менеджерами мест, куда бравые люди с «дизабилитиз» решили нагрянуть. И это непростой процесс – кто хочет взвалить на себя дополнительные заботы? А тут еще совсем небогатые люди, старающиеся заполучить если не «халяву», то скидки. Но во многих местах, как, например, в Метрополитен-музее, к ним привыкли, в МоМа у них даже есть «ангел-хранитель» — искусствовед Лариса Фрумкина, которая служит им гидом в своем музее, а порой и в других.
«Почти всюду находятся люди, стремящиеся нам помочь, — говорит Алла. – Нужно только достучаться». Она вспоминает случай, как в зимний снежный день была экскурсия в Музей истории природы. Работники транспортной организации Access-a-Ride, обслуживающей людей с физическими недостатками, проявили нерадивость. Дошло до того, что одного из группы, не знающего английский, оставили совсем у другого музея. Это была целая эпопея с его вызволением из «каменных джунглей». А когда она закончилась, Алла поставила на уши буквально все руководство и Access-a-Ride и Управления здравоохранения Сити-холла. И с тех пор у ассоциации покровитель – директор де-партамента социального сервиса Access-a-Ride Томас Чин, а диспетчеры организации делают все возможное, чтобы кто-кто, а «русские» колясочники были обеспечены транспортом.
С оперой тоже получилось по-особому. Переписку с ее «смокинговыми» попечителями Алла вела на «высоком» английском, смысл ее сводился к фразе М. Жванецкого: «Вам хорошо, ребята. А нельзя ли еще несколько человек к вашему столу?». Получилось, что можно, тем более что претендуют колясочники разве что на «платную стоянку» позади зала, за $20. А другие места им не подходят ни по денежным, ни по транспортным средствам.
Алла Свердлова приехала в США в 1996-м из Харькова. Уже тяжелобольным человеком. В 1971 году у нее, инженера-электронщика, началась атрофия зрительного нерва. Как-то это застабилизировалось, но так начинался рассеянный склероз. Она лишилась работы на оборонном предприятии, однако без средств не осталась – готовила школьников к поступлению в вузы и стремилась жить полной жизнью. Это стремление и привезла с собой. Ей всегда помогала мама Циля Соломоновна, прошедшая войну капитан медицинской службы, кандидат наук. Она и теперь, в свои 90, помогает – служит сообществу счетоводом. Есть что считать: $4000 в год вспомоществования выделяет ему в год COJECO, на каждый цент – квитанция...
Тут можно было бы еще много рассказывать о том, как эти люди преодолевают беспомощность сами и заботятся друг о друге, как настойчивы и изобретательны в «выталкивании друзей из кроватей» бригадиры Рая Плакси, Ольга Юра, Клара Сохновски… Да только как это сделать? Как человеку, не испытавшему неподвижность и постоянную физическую и душевную боль, хотя бы представить состояние этих людей?
— Мало кто представляет, — улыбаясь подтверждает Алла. – Мы не инвалиды вообще, мы – колясочники. Только мы сами и можем по-настоящему понять друг друга. Потому нам и нужно было создать наш клуб, ставший ассоциацией, — для общения, поддержки, для обсуждения наших болячек, ну и чтобы жить как можем. Это я объясняла в 2003 году руководившему тогда COJECO Алеку Бруку-Красному, прося помощи в создании ассоциации. Он сначала противился, говоря, что есть ABRUD – Братство русскоязычных инвалидов…
— Действительно странно… И Алека можно понять: черт знает что происходит с дробящимися у нас организациями, с враждой лидеров…
— Но мы никакими личными амбициями не руководствовались. И мы отнюдь не покинули ABRUD, остаемся его членами. Просто мы – несколько иные, а ABRUD не может учесть, что колясочники должны заполнять свою жизнь как-то иначе, чем другие люди с физическими недостатками. Хотя его президент Миша Кремеров вроде тоже колясочник… Жаль, что он и тогда отказывался нам помогать, и сейчас вроде как-то ревнует…
— И в чем это выражается?
— У нас поначалу были спонсоры среди «русских» бизнесов, сейчас нет. Боюсь, они подмечают его отношение к нам...
— А вам они нужны?
— Разумеется. Было бы больше средств – было бы больше жизни.
На снимках:
1. Алла Свердлова и ее верная помощница Галя Галуга
09:43 am
РАСПЕЧАТАТЬ 
