Каюсь, каюсь, каюсь!.. Когда меньше года назад я писал об открытии Клуба изобретателей при Бизнес-клубе еврейского центра JCH of Bensonhurst, и сделал свой репортаж несколько… кисло-сладким. Изобразил это так, что, конечно, приятно, что жизнь бьет гаечным ключом, и есть еще порох в пороховницах… И вообще, мол, творчество, как свидетельствуют геронтологи, продлевает жизнь, предупреждает болезнь Альцхаймера. Не этими словами, конечно, но дал понять, что не следует воспринимать такую самодеятельность слишком серьезно: поиграют люди, да и разойдутся.
Как же радостно мне было ошибиться! Оказывается, люди-то не разошлись, а сплотились, и пришло в клуб еще много башковитых – с идеями, патентами, действующими моделями.
«В клубе сейчас 200 членов, на руках которых уже 400 американских патентов. О советских и всяких других – уже не говорю», — заявил мне избранный здесь председатель клуба Алек-сандр Пригоф. Мы встретились с ним на первой в истории нашей общины выставке изобретений членов клуба, состоявшейся 8 мая. «В выставке участвуют 25 изобретателей, — продолжил он. – Никого особо вам не рекомендую. Походите, посмотрите».
Я походил – посмотрел.
Первым, на кого я обратил внимание, был «молодой» человек – явно за 80, который сидел у двух «лаптопов», не выпуская «мышек» из рук. Рядом лежал… пистолет. Он измерил меня живым взглядом и, поняв, что толку от меня ждать не следует, перевел глаза на других, входящих в на выставку. Я был настойчив, и Матвей Львовский, так зовут «компьютерного человека», согласился рассказать, что это он изобрел на американской земле за последние два года. А изобрел он… тренажер для обучения высокоточной стрельбе. У него компьютер задает мишени разной формы, движущиеся в разном направлении с разной скоростью, внезапно возникающие и исчезающие. Тренирующийся стреляет по ним световым лучом, компьютер анализирует, сколь он успешен, указывает на просчеты. «Огромные деньги могут сэкономить военные и полиция на этой штуке, — говорит доктор наук, бывший работник авиакосмической промышленности СССР. – Она же может быть использована просто как игрушка-стрелялка».
— Ладно, — говорю Матвею Львовскому, — а вы-то с этим изобретением в «яблочко» попали, запатентовали, продали?
— Есть патент, — солидно говорит ветеран. – Что же насчет продажи… ведутся переговоры с двумя компаниями.
Он сказал – я представил, как обалдевают в этих компаниях, узнав, что избретателю и компьютерному знатоку – 84 года. И он не просто «ловит мышей», он их, как заметил автор, из рук не выпускает. Я представил и возгордился за нашего человека.
Если доктор Львовский учит стрелять, другой доктор – философии (еще и кандидат физико-математических наук) Шота Мордехашвили учит жить долго и счастливо. То, что он изобрел, называется «Способ обнаружить изменения биоритмов по Библии». Изобретение, так скажем, философское. Автор предлагает теорию, почему праотцы жили под тысячу лет, а детородный возраст у них наступал примерно в 100. «Все дело в биоритмах, — говорит Шота. – После Великого потопа частота их увеличилась. Пора нам начать обратный процесс». Понять дальнейшее я не смог из-за нехватки знаний. И дай ему бог встретить на американской земле человека, который сможет и захочет его понять.
Вот с инженером-механиком Иосифом Гапорциным все просто. Делал он когда-то, в прошлой жизни, дробильную технику для карьеров. А здесь решил сделать карьеру маленького такого изобретателя для маленьких. Заимев внучку Бетени и приняв за основу тутошний принцип, что все должны зарабатывать деньги, он решил облегчить внучке жизнь, дав ей в руки орудие производства. Это – кукла для кукольного театра. Лягушка красноротая. Чело-веку, заинтересовавшемуся, что бы это значило, предлагается опустить в этот красный рот квотер — и лягушка его тут же «съедает». Ну, очень просто и, представьте, запатентовано, потому как учат детишек сызмальства бизнесу.
Не знаю какие ли деньги зашибают Бетени со своим «бойфрендом» Яшей, но то, что предлагает бывший главный конструктор минского НПО «Дормаш» Григорий Эпштейн, должно бы его озолотить. Это принципиально новый двигатель внутреннего сгорания – двухтактный (со-вмещены циклы всасывания и нагнетания), не требующий отнимающих энергию распредвалов и коленчатых валов (от него идет гидравлическая передача) с камерами сгорания, размер которых меняется в зависимости от нагрузки на ходовую часть автомобиля. Не усложняя текст и не забивая голову читателя долгими техническими объяснениями, скажу только, что двигатель этот обеспечивает машине среднего класса 80-мильный пробег на галлон бензина.
Григорий Эпштейн освоил, работая над изобретением, и английский язык, и американскую спецификацию. Он эмоционально демонстрировал пришедшим на выставку сложные чертежи. Разбирающиеся в механике разводили руками: «Это ж надо!... Новое слово там, где, казалось бы уже все сказано…» «Надо! – отвечал Григорий. – Вопрос: кому?» Он пробивается в автопром, но там, как я понял, не очень верят, в что некий пожилой иммигрант решил проблему, над которой бьются уже несколько поколений ученых и инженеров.
Проще доктору Даниилу Черфасу, который изобрел новый инструментарий по быстрому дроблению камней в мочевом пузыре. Проще Ефиму Голдину, представившему на выставке распылитель жидкостей многократно более мощный, чем все существующие, прямой путь которому – в подразделения по тушению пожаров, по охране окружающей среды.
Но, судя по тому, что на выставке присутствовали юристы, бизнесмены, занимающиеся по-среднической деятельностью, представители Бруклинской торговой палаты, проще теперь будет всем, вставшим под знамена клуба. Выставка привлекла даже политиков. Ее навестил депутат штатной ассамблеи Уильям Колтон, все внимательно осмотрел и ответственно заявил: «Господа, я к вашим услугам! Это здорово, что в нелегких условиях иммиграции вы со-хранили свой творческий потенциал».
Так вот, я о вечном двигателе. Того самого «вечного двигателя», с которым мы привыкли ассоциировать каждого сумасшедшего изобретателя и рационализатора, на выставке не было. Но вечный двигатель заложен в каждом их этих людей, обеспечивая неустанную работу мысли, вечное стремление к новому, творческий поиск. Эти замечательные люди работают без всякого «топлива», но со 100-процентным к.п.д.
На снимке:
Григорий Эпштейн объясняет, как работает его двигатель
— Motor
09:11 am
РАСПЕЧАТАТЬ 
