Термин «стена звука» (Wall of Sound) связан у критиков с творчеством Джона Колтрэйна. Эта стена трехмерна и обладает физическими параметрами, которые, кажется, можно измерить метром. Обычно она стоит от стены до стены и от пола до потолка. Каким бы хаосом ни казалось такого рода музыкальное творчество, за ним стоит воля создателя, и оно до известной степени подчинено требованиям композиции.
Недавно я попал под такую стену звука в зале Joe’s Pub, где выступал состав нью-йоркского музыканта Дэвида Торна.
Торн именует себя гитаристом-текстуралистом. Под словом «текстура», которым пользуется Торн, следует понимать очень фактурное полотно электронных звуков, которое служит подкладкой его сольным партиям. Трудно сказать, какой компонент его музыки более значителен — обычная ритм-секция с саксофонистом или же эта «текстура». Из чего она слеплена? Торн работает с сэмплами — предварительно записанными звуками, которые он замыкает в петли (лупы), заставляя их повторяться с заданной ритмичностью. Эти сэмплы могут быть сделаны из электрического шума в частоте 60 герц или звука электрических разрядов. В ходе выступления Торн, кажется, больше работает ногами, чем руками. Под его увесистыми ботинками — с полдюжины педалей, которыми он искажает гитарный звук до полной неузнаваемости. Иногда возникает ощущение, что ты находишься на металлорежущем предприятии.
Торн выходит на сцену в очень русского вида меховой заячьей шапке, его «металлорежущий» инструмент покрашен в очень индустриальный серый цвет.
Торн объясняет, что созданная им электронная «текстура» позволяет значительно расширить звуковую палитру. Это факт. Если, допустим, такой гитарист, как Пэт Метини, может работать на сцене с полудюжиной различных гитар — слушатель в конечном счете слышит разные оттенки звука гитары. Закрой глаза — и ты не скажешь, с каким именно инструментом работает Торн. Просто так сложилось, что гитара — его инструмент, который по мере пользования приобрел новые звуковые характеристики.
Автора этих строк не отнести к поклонникам того радикального направления, в котором работает Торн, но трудно не отметить, что такие, как Торн, сдвигают музыку с мертвой точки и стимулируют ее развитие. В той или иной степени элементы торновской музыкальной технологии можно проследить в творчестве более традиционных музыкантов. Кого? Если бы я не боялся отобрать у кого-то пальму первенства, я бы назвал гитариста-романтика Тэри Рипдала. Его романтизм был бы утомительно однообразен, если бы не элементы таких вот звуковых стен, которые он очень органично встраивает в свою музыку.
Гастрольное турне Торна включает концерты:
28 марта — Коламбус, Wexner Center;
29 марта — Миннеаполис, Walker Arts Center
09:21 am
РАСПЕЧАТАТЬ 
