Волнение нередко подставляет ножку. Вот и на церемонии открытия Недели российского кино в Трайбеке, представляя од-ного из спонсоров, милая дама изрекла со сцены: «Надеюсь, что фестиваль пройдет незаметно». В зале хохотнули. Все по Фрейду. Ведь русские мероприятия замечают в Нью-Йорке, в основном когда с ними какая-то лажа случается.
Зал Трайбеки на премьерном показе фильма Андрея Кончаловского «Глянец» был полон. Я знаю очень многих из тех, кто пришел. Лично знаю. Не то чтобы я какой-то особенно общительный, просто такая у меня профессия. Каково же было мое изумление, когда, просматривая прессу об открытии, я наткнулся на статью Ларисы Саенко, нью-йоркской сотрудницы РИА Новости, где что ни слово по поводу показов и публики, то неправда.
Это надо очень постараться. Да вот хотя бы первая фраза материала г-жи Саенко: «Неделя российского кино где-нибудь в дальнем за-рубежье становится вполне рутинной традицией, но только не в Нью-Йорке». Ны-нешняя Неделя – седьмая по счету, а вообще-то, строго го-воря, девятая, ведь Первый фестиваль русского фильма, организованный Александром Журбиным, состоялся в 1999 году. Кинопоказы стали именно устойчивой традицией и, несмотря на разнокалиберные сложности, возникающие порой у устроителей, продолжаются, а русскоязычная публика Большого Нью-Йорка их ждет каждую осень с нетерпением.
Далее цитирую корреспондентку РИА Новости: «Зал на девятьсот мест почти на 100 процентов набит русскоговорящей публикой с Брайтона».
Чушь! Причем гадостная, с душком. Ну еще лет десять-пятнадцать назад можно было, хотя и с натяжкой, суммировать русскую культур-ную публику как «Брайтон». Но сегодня, когда множество наших людей нормально интегрированы в американскую жизнь, живут себе припеваючи в Манхэттене и апстейте, зарабатывают почище иных американцев, но просто – уж простите им это, г-жа Саенко! – продолжают интересоваться российской культурой и хотят смотреть новые российские фильмы не на дрянных пиратских дисках или с опозданием по ТВ, а на большом экране в приятной премьерной обстановке . Замшелый образ русской общины как «Брайтон» с гуляющими по бордвоку парочками согбенных жизнью выходцев из Винницы и Шепетовки давно устарел. В светской расфранченной толпе, набившейся в Трайбеку, заметны были уж совсем не брайтонские типажи, например скульптор Зураб Церетели.
«Обладатели «пятой графы» в советском паспорте и полноправные представители российского интеллигентского комплекса в подсознании всегда держат открытым вопрос о верности своего выбора и в этом свете чаще всего и оценивают все увиденное», — пишет г-жа Саенко в статье, многозначительно озаглавленной «Брайтон получил реванш, глядя на российский “Глянец”». И дальше у меня глаза полезли на лоб, потому что я, Олег Сулькин, оказался «представителем третьей волны эмиграции», оставшимся «вполне удовлетворенным зрелищем». Далее автор приводит якобы цитату из меня, где я якобы ликую по поводу «декаданса, распада и трэша», царящих в России. В суд подавать не буду, но постараюсь держаться от г-жи Саенко подальше.
Очевидная ирония по поводу «пятой графы» оскорбительна для большинства евреев, уехавших из бывшего Советского Союза – подальше от унижений, преследований и дискриминации, во имя детей и внуков, которым здесь, в Америке, светит гораздо больше, чем в родных пенатах. И не нужно считать русских американцев мстительными Абрамами, не помнящими родства, которые будто бы злорадно ликуют, если в русских фильмах воруют, ругаются, пьют водку тоннами, проституируют и мочат в сортире. Да, многие продолжают сравнивать здешнюю и тамошнюю жизнь, отдавая предпочтение здешней, и правильно делают. В России снова душно и тревожно, как и в приснопамятные времена повального оттуда бегства. Несмотря на нефтяной Клондайк и обилие шальных денег. Но художественные фильмы в этом анализе играют второстепенную роль. Сегодня множество людей свободно ездят в родные места, читают русский Интернет – единственную оставшуюся вне цензурного надзора «вертикалью власти» медийную нишу, и им не нужен какой-нибудь поверхностный «Глянец» в качестве источника «объективной» информации.
А по поводу моей личной «удовлетворенности зрелищем» скажу следующее. Я лишь отчасти им удовлетво-рен, — имею в виду предло-женную Неделей кино программу фильмов. Наряду с лентами высокого художест-венного уровня в нее попал развлекательный ширпотреб, в том числе и не самого высокого вкуса опус Андрея Кончаловского. Будучи содиректором программ Недели кино, я предлагал включить в нее несколько самых заметных и ярких фильмов года, но эти предложения были отметены. Решающее слово в отборе фильмов оставалось за Москвой, и посему весь полемический запал г-жи Саенко с подначками в адрес «Брайтона» рушится как карточный домик. Это Москва так видит вкус русской заграницы и пытается его поддерживать в меру своего понимания местного культурного запроса.
Что целесообразней двигать в Америку, русский масскульт или русский артхаус, тема непростая и требует отдельного разговора.
Три дня показов в однозальном Clearview Cinemas на Бродвее и 62-й стрит позади. Не все сеансы sold out, но меньше трети зала вроде бы не наблюдалось, даже на дневных сеансах. Персонал из афроамериканцев, не привыкший к такому наплыву зрителей, носился с выпученными глазами – Russians are comin’. На вечернем просмотре фильма Киры Муратовой «Два в одном» яблоку с рекламного плаката Недели негде было упасть, а на предыдущих сеансах фильмам Валерия Тодоровского «Тиски» и Виталия Мельникова «Агитбригада «Бей врага!» устроили овацию.
Итоги подводить еще рано, но один, предварительный, все же напрашивается: незаметной Кинонеделя уже не стала.
03:51 pm
РАСПЕЧАТАТЬ 
