Начало судебного процесса ньюйоркца Эммануила Зельцера и его подельницы Владлены Функ (Брусковой) назначено на 30 июля. Дело будет рассматриваться в Минском горсуде под председательством судьи Дмитрия Климовича.
Как говорит защитник обоих Дмитрий Горячко, процесс будет проходить за закрытыми дверями. Или, как уточнил сайт оппозиционной «Хартии’97», «тяжело больного Зельцера будут судить за закрытыми дверя-ми». Это тенденциозный заголовок, но белорусская оппозиция, очевидно, считает, что в борьбе с ненавистным режимом такие вещи допустимы.
Если так, то она неправа, ибо в таких ситуациях единственным эффективным оружием оппозиции может быть только правда.
Хотя режим часто ведет себя так, как будто ему наплевать на мнение заграницы, в данном случае он пошел ей навстречу и допустил к Зельцеру американского врача. КГБ Белоруссии заявил, что это беспрецедентно, поскольку законодательством допуск к арестантам иностранных врачей не предусматривается. Поначалу предполагали, что Зельцера посетит в тюрьме нью-йоркский доктор Лев Паукман, которого Зельцер недавно защищал в суде и который теперь за него всячески хлопочет.
Но Паукман, видимо, рассудил, что его могут арестовать в Белоруссии как поставщика наркотиков, за ко-торые судят Зельцера, и благоразумно воздержался. Это опасение было построено не на песке: Паукман публично заявлял, что выписывал Зельцеру таблетки, которые тому инкриминируются. Главным образом это сильные болеутоляющие.
От себя скажу, что это очень хорошие таблетки. В эти выходные меня обеспокоил камень в почках, и я сожрал ломовое болеутоляющее, оставшееся у меня от прошлого приступа. Таблетке было несколько лет, но она сработала замечательно, а попутно резко улучшила мне настроение. Увы, ненадолго. Масса людей видела, что Зельцер постоянно глотает таблетки чуть ли не пригоршнями. Представляю, в каком хорошем настроении он пребывал все эти годы.
Паукман пишет, что прописывает аналогичные таблетки Зельцеру уже в течение 15 лет. Насчет этого я сомневаюсь, потому что 15 лет назад ему выписывал их, насколько я знаю, не Паукман, а доктор Питер Шэкер, который сейчас тоже активно участвует в борьбе за нашего узника. Так или иначе, в Минск отправился не Паукман и не Шэкер, а доктор Альберт Бенчаббат, практикующий у нас на Грэнд-стрит в Бруклине.
Бенчаббат, который в другой жизни, наверное, был Бен Шабатом, получил образование в Парижском университете и говорит по-испански. Хотя, насколько я знаю, его пригласили обследовать Зельцера сторонники нашего узника, поначалу казалось, что Бенчаббат их подведет: они доказывали, что Зельцер умирает в белорусской тюрьме, но бруклинский врач неожиданно заявил Первому каналу после обследования узника, что тот «получает адекватное лечение», и не сказал ни слова о том, что пациент близок к смерти.
Горячко же заявил прессе, что, по словам Бенчаббата, дело обстоит гораздо хуже и что отказ властей дать Зельцеру его обычные лекарства «может привести к летальному исходу».
Это озадачило «Белорусские новости», снабдившие статью о приезде заокеанского эскулапа заголовком «Американский врач дает противоречивые оценки состоянию здоровья Зельцера». «Разночтения в высказанных Дмитрию Горячко и белорусскому телевидению оценках состояния Зельцера налицо, — отмечалось в статье, напечатанной 27 июня. — Американского доктора неправильно перевели? Но кто — адвокат Зельцера или Первый канал?»
Потом все встало на свои места. Вернувшись в Нью-Йорк, Бенчаббат обнародовал свои выводы, которые подтверждали жалобы зельцеровского лагеря, и привел длинный список недугов минского узника — от гнилых зубов до язвы, открывшейся, по словам Горячко, из-за неадекватных тюремных лекарств.
В остальном поездка Бенчаббата в Минск результатов не дала: Зельцера так и не освободили по состоянию здоровья. Белорусский КГБ решил положиться на своих врачей, которые заверили его, что оное состояние «позволяет Зельцеру находиться в следственном изоляторе».
Итак, 30 числа Зельцера и Брускову (которую белорусские газеты раньше называли Блузковой) доставят в суд. Главной сенсацией момента стало то, что с Зельцера, как я понимаю, снято главное обвинение, по которому его, собственно, и арестовали в Минске (не прямо в аэропорту, как утверждают его защитники, а несколько часов спустя). Ему инкриминировали фальшивые документы, назначающие Джозефа Кея душепри-казчиком покойного Бадри Патаркацишвили.
У меня, например, нет сомнения, что по крайней мере один из этих документов, а именно доверенность, является поддельным: в ней есть пункт о том, что доверенность сохраняет силу и после смерти доверителя. В настоящей американской доверенности такого пункта быть не может: я уже писал, что смерть аннулирует ее так же непреложно, как и кредитные карты покойника.
Подпись Бадри под доверенностью была нотаризована в ноябре старым соратником Зельцера и мужем его бывшей жены Анны Рейдибойм адвокатом Александром Фишкиным, к которому мы вернемся чуть ниже.
Так вот: фальшивки, из-за которых разгорелся весь сыр-бор, Зельцеру больше не вменяются, хотя я лично считал это единственным всамделишным обвинением. Его будут судить за наркотики, то есть за сто с чем-то таблеток гидрокодона и других сильнодействующих лекарств, которые он привез в Белоруссию в пластиковом пакете на самолете Бориса Березовского, и за попытку «коммерческого шпионажа».
Поскольку КГБ секретничает, трудно сказать, за чем шпионил Зельцер в те часы, которые он провел на гостеприимной земле Белоруссии. Моя рабочая гипотеза состоит в том, что он пытался выявить белорусские предприятия, которые принадлежали Бадри. Могло быть две цели: либо их потом прикарманить, либо продать и честно разделить выручку среди наследников покойного. Вторая версия озвучивается Кеем, которого, кстати, тоже привлекли в Белоруссии за попытку коммерческого шпионажа, но, на его счастье, заочно.
Сторонники Зельцера повесили в Интернете запись телефонного разговора, в котором он, уже сидя в зиндане КГБ, пытается заманить Кея в Белоруссию, а тот явно подозревает неладное и настаивает на встрече в Лондоне или в другом нейтральном месте. Запись не несет очевидных признаков монтажа, но я уже настолько не доверяю ничему, что исходит от этой компании, что воспринимаю и ее скептически. Так или иначе, Кей находится за пределами Белоруссии и вряд ли скоро там появится.
Сняв с Зельцера обвинение в фальшивых документах, его шьют бедной Владлене, которая также обвиняется и в коммерческом шпионаже. По моим сведениям, при аресте именно у нее изъяли накопитель типа flash drive с образцами подписи Бадри. Горячко наверняка найдет этому вполне невинное объяснение (Владлена коллекционирует автографы), но неясно, послушается ли его судья Климович, пользующийся репутацией человека справедливого.
В прошлом году он осудил первого в Белоруссии человека, которого привлекли по уголовной статье за повторное (в течение года) вождение в нетрезвом состоянии. Соответствующий закон вступил в силу 1 марта 2007 года и предусматривает срок до 6 месяцев. Поскольку нарушитель покаялся, Климович приговорил его не к лишению свободы, а к двум годам исправработ с удержанием 25% зарплаты.
Судья мог бы сделать поблажку и Зельцеру, но тот вину категорически отрицает.
Итак, за фальшивые документы будут судить не его, а его помощницу Владлену. Я знаю десятки людей, которым такой расклад покажется несправедливым. Не то, чтобы Владлена блистала чистотой риз: известен по крайней мере один случай, когда она дала в суде ложные показания.
Речь идет об уже упоминавшемся мною иске, который московский миллионер Сергей Веселков возбудил в Техасе против своих бывших сотрудников Якова Палтера (Палтеровича) и Бориса Кейзера, обвинив их в том, что они прикарманили его компанию.
Главным защитником ответчиков был Зельцер, явившийся со своим обычным выводком свидетелей и, как водится, предъявивший суду кучу документов. Экспертиза, однако, признала эти документы поддельными, и суд в конечном итоге постановил, чтобы Палтер и Кейзер выплатили Веселкову 4 миллиона долларов (Зельцер по своему обыкновению возбудил в Нью-Йорке иск против Веселкова и еще кучи людей, но это дело недавно захлебнулось).
В числе зельцеровских свидетельниц на техасском процессе была Владлена, давшая показания 12 февраля с.г., то есть ровно за месяц до своего ареста в Минске. Она представилась как Лена Функ и сообщила, что приехала в США четыре года назад, имеет грин-карту и работает в Нью-Йорке переводчицей.
Адвокат ответчиков Грегори Лав показал ей на экране вещественное доказательство номер 17, являвшее собою счет на 86 долларов, который Функ представила Веселкову за перевод, сделанный ею 17 августа 2005 года. Переведенный ею документ свидетельствовал о том, что Веселков продал свою компанию, которую, как он сейчас утверждал, украли у него ответчики.
Она рассказала о том, как обсуждала перевод по телефону с Веселковым, и объяснила, каким образом ей заплатили. По ее словам, сотрудница Веселкова Таня Штурман дала ей стодолларовую купюру и сказала, что сдачу она может оставить себе на такси.
Веселков, выступавший сразу после Владлены, подлинность этого документа отрицал, равно как и то, что отдавал его кому-то для перевода в Нью-Йорке. По его словам, он ни разу не разговаривал с Владленой по телефону, и у него не было сотрудницы по имени Таня Штурман. Его адвокаты говорят, что Штурман — это плод воображения Зельцера.
Смех в том, что в суде не нашлось в тот день переводчика, и показания Веселкова переводила... та же Владлена! В числе прочего она перевела суду то место, где Веселков называет ее лгуньей. В анналах судебного перевода в Америке я других таких случаев не знаю.
Суд заслушал показания эксперта, который нашел ряд важных документов защиты поддельными, в том числе и бумагу, якобы переведенную Владленой. Получалось, что она засвидетельствовала под присягой подлинность фальшивого документа, да еще оснастила свои показания кучей убедительных деталей.
Техасский процесс изобиловал такими показаниями, и поразительно, что никого из лжесвидетелей потом не привлекли. Впрочем, еще не вечер.
Суды бывших союзных республик покоряют своей оперативностью. Зельцера и его спутницу арестовали в Минске 12 марта, и суд над ними состоится уже на следующей неделе. Тбилисский горсуд оказался еще проворнее, признав Кея душеприказчиком Бадри всего за неделю и, как любит повторять независимая бе-лорусская пресса, таким образом признав подлинность указанной доверенности, завещания и других спорных документов.
Их подлинность оспаривается в федеральном суде в Манхэттене, где вдова и дочери Бадри давным-давно возбудили иск против Кея и Зельцера. По сравнению с Белоруссией и Грузией, здешние суды действуют с черепашьей скоростью. В деле 08-CV-03363-RJS скопилось уже более тысячи страниц, содержащих, в частности, описание махинаций, в которых Зельцер (и его старший брат Марк) обвинялись за последние два десятилетия (братья все обвинения отрицают; насколько известно, Эммануил проиграл один предъявленный ему иск и должен был выплатить потерпевшим полтора миллиона долларов). Рассмотрение нью-йоркского иска может тянуться годами.
В деле 48 документов. Среди них распоряжение федерального судьи Ричарда Салливана от 10 июля. В нем Салливан предписывает Марку Зельцеру к 18 числу представить суду данные о том, каким образом он связывается со своим братом; судья хочет знать, может ли Эммануил отправлять и получать в тюрьме кор-респонденцию и с какими ограничениями. В частности, судья требует, чтобы ему сообщили, способен ли Эммануил передать информацию о местонахождении спорных документов. Интересует его также, сообщал ли Зельцер такие сведения Марку в прошлом.
Вторая часть распоряжения судьи относится к ответчику Александру Фишкину (я пропустил момент, когда список ответчиков по этому делу расширился за счет Фишкина и фирмы CJS Group, Inc.). Салливан требует, чтобы к 18 числу Фишкин представил суду заявление, в котором он должен указать, где и когда он видел копии или оригиналы означенных документов, описать свои усилия по розыску оных документов и сообщить, имеются ли у него сведения о том, что Э. Зельцер или кто-либо другой рассказывал о нынешнем местонахождении означенных документов.
18 июля уже позади, но не то Марк и Фишкин еще не представили требуемых ответов, не то они еще не попали в электронный архив суда. В этом смысле манхэттенский федеральный суд является, по-моему, худ-шим в стране.
На этой неделе, например, ФБР забрало большую группу наших эмигрантов за махинации с чеками, они уже прошли первоначальное оформление на пятом этаже суда, но в его базе данных еще нет и следа этого дела. Даже стыдно перед белорусами.
06:01 pm
РАСПЕЧАТАТЬ 
