Заседающий в Бриджпорте коннектикутский федеральный судья Алан Невас приговорил гражданина Украины Александра Дубогрызова к 67 месяцам тюрьмы и приказал взыскать с него более трехсот тысяч долларов. По окончании срока Дубогрызов, которого знали в Бруклине как Сашу Сапожника, будет депортирован на родину, где в Киеве живут его бывшая жена Татьяна Ляшенко и 24-летняя дочь Алена, которой он, пока был на свободе, посылал из Америки деньги.
В сентябре 45-летний осужденный был признан виновным в перевозке женщин между штатами с аморальной целью и отмывании денег. Теоретически ему грозило до 35 лет тюрьмы и штраф в 750 тысяч долларов.
С 2002-го по сентябрь 2006 года грузный бородатый Дубогрызов держал в Нью-Йорке, Коннектикуте и Нью-Джерси несколько заведений, которые для отвода глаз звались «массажными кабинетами» или «спа», а на самом деле были публичными домами. В них работали в основном россиянки, находившиеся в США по туристическим или студенческим визам. Их находили через знакомых или объявления в газете «Русская реклама».
Девушки жили в Бруклине и Квинсе. С утра их доставлял на работу или сам Дубогрызов, или его подельницы – Татьяна Конти, бывшая учительница русского языка и литературы из Владикавказа, и Инна Биселл, которая в 2006 году уехала в Москву и недоступна для американского правосудия. За дорогу девушки платили по 40-50 долларов в день.
Конти признала себя виновной и дала на процессе показания против Дубогрызова, которые я описывал в одном из осенних номеров «Нового русского слова». В частности, она показала, что зарабатывала по 700-800 долларов в неделю наличными.
Прокуратура обещала не требовать для нее больше 10-12 месяцев тюрьмы, но ввиду ее сотрудничества со следствием она должна полу-чить еще меньше. Приговор ей будет вынесен 29 июля.
Клиенты приходили по объявлениям, помещенным в спортивных или «взрослых» разделах местных газет. С них брали по 60-70 долларов за вход, а дальше они уже договаривались с девушками об услугах за отдельную плату. Конти утверждала, что речь шла лишь о hand jobs, «ручной работе», которую я перевел как «рукоделье» и был собою страшно доволен. Однако следователи нашли в мусоре по крайней мере около одной из точек Дубогрызова использованные презервативы и обертки от них.
На единственном допросе, сразу после ареста, Дубогрызов утверждал, что понятия не имел о сексуальном характере услуг, которые оказывались в подведомственных ему учреждениях, но не смог объяснить, почему их мусор содержал презервативы.
«Они все сфабриковали!» — сказал он мне в суде и обещал написать, как было на самом деле, но не написал, или же письмо пропало.
Дубогрызов признал, что оборудовал ряд своих заведений – в Стратфорде, Норуоке, Морристауне, Гринвиче и Стамфорде – спрятанными в дымовых сигнализаторах видеокамерами, и заявил, что это было сделано на предмет борьбы с хищениями. Власти утверждали, что Дубогрызов шантажировал девушек видеозаписями половых актов, угрожая в случае неповиновения послать их родным. Дубогрызов категорически отрицает это.
Кроме Конти, показания против Дубогрызова дали две его бывшие «рукодельницы» – блондинка Елена Башкирова и брюнетка Наиля Измайлова, поведавшие присяжным, что обычно они брали за «ручную работу» 100 долларов, за оральный секс – 150, а за банальный – 200. Как обычно, никого из «рукодельниц» к суду не привлекли.
По словам Башкировой, она стала жертвой репрессий: ее выгнали с работы за то, что она залепила жвачкой объектив одной из тайных хо-зяйских видеокамер. Однако через месяц ее позвали обратно: нехватка рабсилы – постоянный бич сутенерского бизнеса.
Я еще не видел ни одного нашего публичного дома, в котором был бы избыток проституток. Поскольку их сейчас чудовищное количество, я, конечно, видел далеко не все, и могу ошибаться. Но вряд ли.
Главный дубогрызовский защитник, высокий худой блондин Эндрю Гэйллар, объяснял грехопадение своего клиента хроническим алкоголизмом, который в США может служить смягчающим вину обстоятельством.
06:33 am
РАСПЕЧАТАТЬ 
