 |
Фута похоронили рядом с членами семьи генерала Конфедерации Натана Бердфорда Форреста, одного из самых известных военачальников, о котором на Юге сложены легенды, но вряд ли услышишь доброе слово на Севере. Форреста похоронили в Элмвуде в 1877 году, но в 1904-м его останки перезахоронили в парке, носящем его имя. Фут умер минувшим летом – 27 июня. Похороны 30 июня не были многолюдными, несмотря на общенациональную из-вестность покойного. Пастор Джон Сиуэлл из епископальной церкви Св.Джона в Мемфисе объяснил это желанием вдовы: «Она сказала мне, что мистер Фут не хотел ничего грандиозного. Он не хотел, чтобы собралось много людей и каждый говорил, каким замечательным человеком он был». Шелби Фут, скончавшийся в возрасте 88 лет, был действительно замечательным человеком. Его жизнь можно разделить условно на две неравные части – до сентября 1990 года и после. В ноябре этого года Футу исполнилось 74 года, и он уже многого достиг: был автором нескольких романов и фундаментальной трехтомной истории Гражданской войны, писателем, талант которого еще в конце 50-х годов признал Уильям Фолкнер, был он и членом Американской академии... «Я никогда не предполагал прожить больше 65-ти», – говорил Фут в одном из интервью, когда еще не мог знать, что скоро станет настоящей знаменитостью. Жизнь его изменилась после того, как по каналам Общественного телевидения (Пи-би-эс) в течение пяти сентябрьских вечеров 90-го года был показан телефильм, сделанный на основе истории, написанной Футом. Создатель фильма Кен Бернс не ошибся, пригласив Фута комментировать события войны между Севером и Югом, и 14 миллионов зрителей (столько собиралось каждый вечер у телеэкранов) увидели и услышали рассказ седовласого господина о самой кровопролитной войне в истории Америки. Он говорил неспешно, время от времени попыхивая трубкой. Он пове-ствовал о войне, сидя в своем уютном рабочем кабинете, располагавшем не к войне, а к миру. Он был личным собеседником каждого телезрителя. Для всех, кто видел и слышал его, он стал олицетворением Юга. Феноменальным успехом сериал был обязан в первую очередь Шелби, и автор фильма это прекрасно понимал. «Я провел с ним два дня и понял, что рассказывать должен только он, – говорил Бернс о своем выборе. – Заполучить Шелби было равнозначно тому, чтобы заполучить самого Бобби Ли!» Да, действительно, внешность и спокойная манера говорить, и, конечно же, южный акцент Шелби Фута заставлял каждого вспомнить Роберта Ли – прославленного генерала Конфедерации. В течение пяти вечеров он появился на телеэкране 89 раз и стал «звездой» национального масштаба. Трехтомник о Гражданской войне, который прочли десятки тысяч, теперь бросились читать миллионы американцев. Стали переиздаваться большими тиражами романы и повести Фута. Приглашения выступить приходили со всех концов страны – из университетов, библиотек, общественных организаций. Не было отбоя от журналистов, добивавшихся интервью. «Кошмар», – сказал он однажды в ответ на вопрос о его теперешней жизни. Ре-портеру, желавшему узнать, есть ли у Фута хобби, он ответил в сердцах: «Никаких!». А затем добавил, чтобы тот, наконец, отстал: «Люблю иногда выпить», – сказал и отвернулся. Но слава есть слава. От нее никуда не денешься. И Футу пришлось рассказывать на старости лет о своей жизни, и, конечно, о том, почему жизнь Юга и, разумеется, война Юга и Севера занимала центральное место в его творчестве. «Любое понимание этой страны, – говорил Фут, – должно основываться, и я имею в виду по-настоящему основываться, на изучении Гражданской войны. Я совершенно в этом уверен. Она определила нас. Революция (война за Независимость – А.Л.) внесла свою лепту. Наше участие в европейских войнах, начиная с Первой мировой, также ее внесло. Но Гражданская война сделала нас такими, какие мы есть, определила наши хорошие и плохие стороны, и если вы собираетесь постичь аме-риканский характер 20-го века, вам совершенно необходимо постичь великую катастрофу 19-го. Это был перекресток нашего бытия, и этот перекресток был адским». Родившийся в Гринвилле (штат Миссисипи) в 1916 году, Фут знал об этом по рассказам, которые слышал в семье, и по рассказам людей, переживших Гражданскую войну и страшный для Юга период Реконструкции, когда бывшие штаты Конфедерации жили в условиях жестокой оккупации. Полковник Хезекай Уильям Фут, прадед писателя, был против отделения южных штатов от Союза, но пошел сражаться за Юг. «И я пошел бы. Я был бы со своим народом вне зависимости от того, прав он или неправ», – говорил Фут в беседе с Тони Горвицем, автором книги «Конфедераты в подполье» (Confederates in the Attic), которую я очень рекомендую прочитать каждому, кто интересуется Гражданской войной. «Если бы даже я был против рабства, я был бы с Югом, – продолжал Фут. – Общество нуждается во мне, и, значит, я – с ним». Победившему Северу был предложен экзамен, и победители, считает Фут, этот экзамен провалили. «Рабство был первым большим злом в этой стране. Вторым злом, – уверен он, – была эмансипация, точнее то, как она проводилась. Прави-тельство объявило четырем миллионам: “Вы свободны! Идите, куда хотите!” Но три четверти из них не умели ни читать, ни писать. Лишь единицы имели какую-то профессию...» «Ни одна из 13 колоний не присоединилась бы к Союзу, если бы не была уверена, что так же легко сможет выйти из его состава», – говорил Фут другому интервьюеру, объясняя, почему каждый из южных штатов не нарушил никаких законов, порывая с Соединенными Штатами. Фут рос с этой уверенностью и сохранил ее до конца своих дней. В Гринвилле, где прошли его детские и юношеские годы, не праздновали, как и в других городах Миссисипи, 4-е июля. Для жителей штата это был не день Независимости, а день траура: 4 июля 1862 года северяне захватили город Виксберг, переломив тем самым в свою пользу ход войны на Западном фронте. Сочинительством Фут увлекся еще в школе – писал и редактировал школьную газету. Он стал и постоянным автором журнала «Каролина» в Университете Северной Каролины, куда поступил в 1935 году. В журнале регулярно появлялись его рассказы и рецензии на книги... Его интересовали только два предмета – английский язык и история, и он просиживал целыми днями в университетской библиотеке, пропуская лекции по остальным предметам. Фут проучился два года и покинул «конформистский», как он говорил, университет, а, вернувшись в Гринвилл, брался за всякую работу, но главное – сотрудничал в городской газете «Делта стар». Тогда же Фут записался в Национальную гвардию штата Миссисипи, изучил артиллерийское дело, и когда Америка вступила во Вторую мировую войну, он в чине капитана стал инструктором новобранцев. В 1943 году дивизию, в которой служил Фут, отправили на Британские острова, где аме-риканская армия готовилась к высадке на континенте. Но принять участие в десанте в Нормандии он не смог. Капитан Фут не поладил со своим начальником-полковником, вступившись за подчиненного, и начальник нашел способ ему отомстить. Повод для этого дал сам Фут. Его часть располагалась неподалеку от Белфаста. Здесь, находясь в уволь-нении, капитан познакомился с девушкой и время от времени вырывался к ней на свидания. Но для этого каждый раз требовалось испрашивать разрешение. Однажды Фут пренебрег этим требованием, и его отсутствие не прошло незамеченным. Он попал под трибунал, был разжалован и отправлен в Америку. Для парня, выросшего на Юге, отчисление из армии было позором. Вернуться домой, пока продолжалась война, он не мог. Фут задержался в Нью-Йорке и стал сотрудничать с информационным агентством Ассошиэйтед-пресс. Сотрудничество продолжалось недолго, поскольку ему удалось записаться рядовым в корпус морской пехоты. В Сан-Диего он готовился вместе с другими новобранцами к высадке в Японии. Но высадка, как известно, не состоялась. Война закончилась. Фут вновь занялся творчеством – продолжал писать в городскую газету Гринвилла, а затем его рассказы стала печатать нью-йоркская «Сатердей ивнинг пост», которую читала вся страна. Это был успех! Воодушевленный им, Фут приступил к сбору материалов к трем, как он планировал, романам о Юге. В 1952 году в свет вышел роман «Шайло», повествующий о сражении в апреле 1862 года в Теннесси у протестантской церкви Шайло, где в течение двух дней северяне и южане потеряли убитыми и ранеными 24 тысячи солдат – больше чем в Войне за Независимость, в войне 1812 года и в Мексиканской войне, вместе взятых. Перед тем, как начать работу над ро-маном и в ходе ее Фут посетил поле сражения у Шайло больше 20 раз. Приезжал туда к рассвету, поскольку на рассвете началось сражение. «Клянусь, я мог видеть и слышать солдат, идущих по лесу», – вспоминал он. Роман «Шайло» имел успех, и Фут готовился приступить к осуществлению второй части своего проекта – теперь уже в Мемфисе, в 150 милях вверх по Миссисипи от Гринвилла. Неожиданное предложение издательства «Рэндом-Хауз» не только нарушило его планы, но и кардинальным образом изменило его жизнь. Не будь этого предложения, была бы совершенно иной и вторая часть его жизни, начавшаяся в сентябре 1990 года. Приближалось столетие Гражданской войны, и владелец «Рэндом-Хауз» Беннет Керф, которого увлек роман «Шайло», предложил Футу написать краткую историю войны. Фут с радостью принял предложение. Во-первых, его всегда интересовала эта война. Он с детских лет читал книги о ней, встречался с очевидцами. Во-вторых, устраивали сроки – Керф его не торопил. В-третьих, удовлетворяли финансовые условия. Фут подписал контракт и приступил к сбору материала. Через несколько месяцев он осознал: одним томом – краткой историей – ограничиться нельзя, – и отправил издательству предложение о написании трехтомной истории. Ответ пришел через полторы недели: «Согласны. Приступайте». Тогда, в 1954-м, он не представлял, что эта работа затянется на 20 лет. «К счастью, у них хватило терпения», – сказал он в одном из интервью об издателях. Готовясь к этой работе, Фут прочитал десятки воспоминаний и биографий участников Гражданской войны, изучил прави-тельственную 158-томную историю войны, побывал в сотнях мест, где проходили сражения – от знаменитых, вошедших в историю, до почти забытых. Он хотел побывать как в серой форме конфедерата, так и в синей форме юниониста. Результатом явился труд в 1 миллион 650 тысяч слов – в два раза больше Библии. Первый том «От Форта-Самтер до Перривилла» вышел в свет в 1958 году. Второй том «От Фредериксберга до Меридиана» был опубликован в 63-м. И потребовалось еще 11 лет, прежде чем читатели смогли получить последний том – «От Ред-ривер до Аппоматтокса». Реакция на этот гигантский труд была неоднозначной. Многие южане в штыки встретили работу Фута, обвиняя его в «предательстве». Он не оправдывал ни Север, ни Юг, а это не понравилось и северянам. Но если мнения рядовых читателей разделились, то профессиональные историки единодушно негодовали. Одни сетовали, что Фут не раскрыл в полной мере политическую подоплеку. Другие считали, что и экономическим факторам, приведшим к войне, не уделено достаточного внимания. Все хором жаловались на отсутствие ссылок на использованную литературу. Джеймс Макферсон, профессор ис-тории Принстонского университета, труд которого о Гражданской войне считается классическим, написал, что Фут с пре-дубеждением относится к Линкольну и к Северу. И, наконец, историки в один голос заявили, что трехтомник Фута не исто-рический труд, а литературное произведение. Фут, никогда не выдававший себя за профессионального историка или военного эксперта, и не собирался скрывать, что думает о своей работе: «Да, я писал ее так, как пишут художественные произведения. И не правы профессиональные историки, считающие, что хорошая литературная форма мешает истории. Может быть, именно поэтому многие не читают исторические труды». Трехтомник Фута имел ограниченный успех. Бестселлером он не стал. Его прочитали, конечно, все, кто интересовался Гражданской войной. Но он не занял постоянного места в большинстве домашних библиотек. В сентябре 1990 года все изменилось. В этом месяце Фут вошел в дома миллионов американских семей, и – начался литературный бум: все хотели прочитать его произведения, не только исторические, но и художественные, написанные как до 1954 года, так и после 1974-го. В 1999 году издательство «Модерн-Лайбрари» поставило труд Фута о Гражданской войне на 15-е место в списке 100 лучших документальных произведений ХХ века, написанных на английском языке. В сообщении о смерти Фута газета «Атланта джорнэл-конститьюшн» сравнила его с Гомером, описавшим в «Илиаде» Троянскую войну. Гражданская война значила для Америки ничуть не меньше, чем Троянская для Древней Греции. «И мы потеряли современного Гомера», – писала выходящая в столице Джорджии газета. И она была не первой, где появилось такое сравнение. Справедливо ли оно, нам не суждено узнать. Для этого надо заглянуть в следующее тысячелетие: будут ли читать во всем мире «Гражданскую войну» Шелби Фута? До конца дней Фут жил в своем времени, не обращая внимания на достижения науки и техники. Писал он, макая ручку с пером в чернила. Пользовался телефоном с крутящимся диском. Никогда не держал секретарей и помощников. Сам отвечал на письма. Фут часто цитировал поэта Джона Китса: «Факт не становится правдой, пока вы не полюбили его». Фут любил все связанное с Гражданской войной, и именно поэтому написанная им история читается как высокая эпическая литература.  РАСПЕЧАТАТЬ
|
Размещение рекламы Информация о сервере Email: web@nrs.com  |
|
|
|
 |