 |
Но реальность несколько отличается от этой мрачной картины. Согласно ряду общих показателей состояния экономки, все не так уж страшно. Слабая? Никто не спорит. Находится в рецессии? Вполне возможно. И кризис в финансовой сфере вот уже несколько месяцев бросает на нее мрачную тень. Но пока еще экономика держится гораздо лучше, чем это происходило во время двух последних рецессий — 1990-го и 2001 года. Наниматели ликвидировали не так уж много рабочих мест, уровень безработицы все еще находится на относительно низком уровне, валовой национальный продукт продолжает расти. Дела обстоят отнюдь не так плохо, как это было во время Великой депрессии или даже при тяжелой рецессии 1982-83 годов. В последний раз, когда потребители чувствовали себя так неуверенно, уровень безработицы был 7,5 проц., а инфляция — 14,4 процента. Сегодня эти показатели составляют 5, 5 и 4,2 процента соответственно. Этот парадокс тревожит руководителей нашей экономики, которые опасаются, что пессимистические взгляды американцев превратятся в самопроизвольно осуществляемое пророчество. Две трети объема экономики приходятся на потребительские траты. И если негативное настроение американского потребителя приведет к сокращению расходов, то экономический спад еще более углубится. Поэтому некоторые ведущие американские экономисты пытаются сегодня определить, почему представление американцев о состоянии экономики более негативно, чем это следует из показателей, которые аналитики используют для ее оценки. «Мы говорим, что чувствуем себя хуже, чем в самом разгаре последней рецессии, когда было потеряно от 2 до 3 млн рабочих мест, хуже, чем после терактов 11 сентября 2001 года, — говорит Ильям Чейни, главный экономист компании John Hancock Financial services. – Это как-то не вяжется со здравым смыс-лом». Но если рассматривать ситуацию сквозь призму повседневной жизни американцев, то смысл можно обнаружить. Например, рост цен на бензин и продукты питания влияет на восприятие людьми экономической ситуации в гораздо большей степени, чем повышение цен на другие товары. Эрик Джонсон, специалист по поведенческой экономике в школе бизнеса при Колумбийском университете, дает такой пример: человеку, который платит за бензин дополнительные 25 долларов, напоминают об этом раз в неделю, когда он заполняет бак своего автомобиля, или даже чаще, если считать все те разы, когда он едет по шоссе и видит перед бензоколонками табло с надписью «$4 per gallon». С формальной точки зрения, это не хуже, чем увеличение его квартплаты на 100 долларов в месяц, но ощущается гораздо болезненнее. «Товары, которые вы покупаете чаще и рост цен на которые в процентном отношении выше, влияют на восприятие уровня инфляции в большей степени», — отмечает Джонсон. И еще один важный фактор: рост цен на бензин и продукты питания затрагивает практически всех американцев. «Если уровень безработицы увеличивается с 5 до 7 процентов, это касается 2 процентов населения, — поясняет Майкл Фероли, экономист компании J.P. Morgan Chase. – Но если растет цена на бензин, это отражается на всем населении страны». Еще одно объяснение: американцы были напуганы финансовым кризисом, ставшим одной из главных причин общего замедления экономического роста. Кредитный кризис постепенно растекался по различным составляющим финансового рынка. Временами казалось, что локомотив глобального капитализма рискует сойти с рельсов. И хотя неприятности в финансовом секторе не то же самое, что общий хаос в экономике, средний американец мог не понять этого различия. Другой фактор – снижение потенциальной ценности собственного жилья. Это уменьшает состояние гораздо большего числа людей, чем при обвале рынка ценных бумаг в 2001 году. Сегодня 68 проц. американцев владеют собственными домами, а в 2001 году только 21 проц. на-селения имел акции. Более того, состояние, заложенное в ценности собственного дома, — это нечто гораздо более реальное, чем абстрактная бумажка, удостоверяющая право на владение акциями. Стены дома выглядят более надежным вложением капитала, хотя этот капитал подвержен колебаниям в не меньшей степени, чем ценные бумаги. Экономист из Уэллесли-колледжа Карл Кэйз и двое его коллег провели исследование, целью которого было выяснить, каким образом изменение ценности их дома влияет на их расходы. Результаты оказались любопытными. Когда цены на дома растут, люди охотнее тратят деньги. Когда цены на дома падают, траты не уменьшаются. С ценными бумагами и другими сбережениями дело обстоит иначе: траты потребителей следуют за ростом и падением их ценности, «Люди тратят больше, когда ценность их дома растет; их, кончено, беспокоит снижение ценности дома, но тратят они не намного меньше, — поясняет Кэйз. – Этим можно объяснить тот факт, что потребительские расходы держатся на более высоком уровне, чем можно было бы ожидать, исходя из настроения потребителей». Некоторые аналитики приписывают рост негативных взглядов на состояние экономики влиянию средств массовой информации, которые плохие новости преподносят гораздо ярче и нагляднее, чем хорошие. Например, падение стоимости ценных бумаг или рост безработицы освещается СМИ гораздо интенсивнее, чем движение этих показателей в обратном направлении. Точно так же авиационные катастрофы за-нимают первые полосы газет, а удачное приземление терпящего бедствие самолета особого внимания не удостаивается. Но самой главной причиной мрачного взгляда на экономику может быть наша привычка к хорошей жизни, считает Ричард Куртин, автор исследования настроения американского потребителя за последние 35 лет, проведенного в Мичиганском университете. В 1980-х и 1990-х годах еще были свежи воспоминания о выражавшихся двузначными цифрами уровнях безработицы и инфляции 1970-х годов. «Люди тогда ма-ло чего ожидали от экономики, — поясняет Куртин. – По сравнению с тем, что происходило раньше, экономика выглядела совсем даже неплохо». Но сегодня, после двух десятилетий процветания и сдержанной инфляции, американцы стали относиться к низкому уровню безработицы и невысокой инфляции как к нечто данному. «Мы так привыкли к тому, что дела идут хорошо, что когда ситуация ухудшается даже не столь драматично, мы чувствуем себя ужасно», — заключает Куртин. По материалам «Вашингтон пост»  РАСПЕЧАТАТЬ
|
Размещение рекламы Информация о сервере Email: web@nrs.com  |
|
|
|
 |