 |
«Ответ почемучке всегда один: «Деньги!». Это формула отчасти объясняет, почему нас тридцать лет назад пугали новым ледниковым периодом, а сейчас стращают разогревом, хотя Земля перестала теплеть еще в конце прошлого тысячелетия — как раз тогда, когда нас пугали, что в новогоднюю ночь полетят все компьютеры, и наступит мрачное средневековье (страшный У2К). Нас стращали эпидемиями САРСа, коровьего бешенства и птичьего гриппа, раками, которые разлетятся от аварийного реактора в Пенсильвании, силиконом для увеличения груди, асбестом и ДДТ. Два года назад кто-то из наших эмигрантов был так напуган обещанными ураганами, что вернулся с Брайтона обратно в отечество. На поверку вышло, что все это миф. Почему нас пугают? Ответ, как всегда, один: «Деньги». Пресса пугает, потому что страшилки лучше продаются, чем нудная правда. И она не высасывает их из пальца, а всегда находит ученых-паникеров, которые убедительно пугают нас с телеэкранов. Ученые, на которых ссылается пресса, живут на гранты и прекрасно знают, что если они придут за очередной дотацией и не принесут в потном кулачке оче-редную страшилку, то никто им денег не даст. Потому что лишних денег ни у кого нет, а какие есть, логичнее отдать на борьбу с очередной угрозой, чем на скучную науку. Вот многие ученые и подыгры-вают паникерам, как сейчас Альберту Гору, которому на спину надо приладить солнечную панель, и он один сможет освещать полштата и даже часть гигантского собственного дома, а то он жрет электричество, как тайная плантация марихуаны. Кстати, об этом. Нижняя палата нью-йоркского парламента разрешила курить марихуану в медицинских целях, но резолюция застряла в верхней, где пока княжат республиканцы. В этом вопросе я резко расхожусь с республиканцами, и не только потому, что курение марихуаны помогает переносить химиотерапию и помогает при глаукоме. В первую очередь я против запрета потому, что власти не должны запрещать взрослым людям делать со своим собственным организмом все, что им заблагорассудится. Война с наркотиками приносит жертвы каждый день. В Минске, как мы знаем, уже четвертый месяц сидит в тюрьме нью-йоркский адвокат Эммануил Зель-цер, которого обвиняют в том, что он якобы подделал доверенность и завещание Бадри Патаркацишвили и провез в Белоруссию пакет наркотических таблеток. Я много лет знаю Зельцера и не отношу себя к его поклонникам, но замечу, что он — лишь один из сотен тысяч людей, которые сидят по всему миру за наркотики, а кое-где даже подвергаются за это смертной казни, хотя, слава Богу, не в Белоруссии. В январе в Бруклине должен начаться процесс другого страдальца за наркотики, выданного из Лондона Ришарда Козины, почти моего однофамильца, который известен русской братве обоих полушарий как Ричард Фанчини, или Поляк. Его обвиняют в контрабанде товарных количеств наркотиков и сулят ему от 20 лет до пожизненного. Около половины заключенных в американских тюрьмах сидят за наркотики, в том числе за кокаин, излюбленный Шерлоком Холмсом, которому эта привычка не мешала распутывать страшные злодеяния. Это один из тех случаев, когда запрет приносит больше вреда, чем то, что запрещают. Сухой закон был звездным часом итальянской мафии и подсадил массу людей на крепкие спиртные напитки, потому что слабые, которые они пили раньше, занимали больше места, и их труднее было прятать от ментов. Запрет на наркотики развращает целые страны и народы и порождает массовую преступность: торговцы нелегальным товаром не могут обратиться в суд или в полицию и вынуждены решать имущественные и территориальные конфликты ножом и пистолетом. И здесь ученые нередко подыгрывают мифотворцам. В конце 80-х — начале 90-х пресса бурно обсуждала проблему так называемых «крэк-бэбис» — детей крэка, являющегося разновидностью кокаина, которую не нюхают, а курят в специальной трубочке. Исследование доктора Айры Часноффа показало, что дети, родившиеся у курильщиц крэка, «не в состоянии эмоционально реагировать» на своих матерей. Часнофф сказал журналу «Пипл», что эти несчастные «не в состоянии откликаться на человеческий голос». Встревожились, что в Америке рождается поколение зомби, «автоматов», как выразился журнал «Роллинг стоун», отметивший, что они травмированы на всю жизнь. Впоследствии выяснилось, что добрый доктор Часнофф изучил крошечную группу детей, состоявшую из 23 душ, и что так называемые «дети крэка» ничем не отличаются от остальной детворы. Профессор психологии Клэр Коулс поручила своим аспирантам сравнить поведение нормальных детей и «детей крэка». Те много часов наблюдали за обеими группами и не смогли отличить одних от других. Все отклонения, имевшиеся у «детей крэка», можно было бы с таким же успехом отнести на счет алкоголизма или бедности их матерей. Я сперва написал «родителей», но потом исправил, потому что отцов в этих кругах не водится. Почему же ученые вроде Часноффа подняли панику? «Ну, они хотели напечататься, — говорит Коулс. — Напечатать вашу работу и, главное, получить финансирование за счет налогоплательщиков гораздо легче, если вы обнаружите нечто драматическое». Часнофф пожимает плечами и говорит, что он напечатал то, в чем был уверен, а если оно потом не подтвердилось, то такова се ля ви в науке. Важно также, чтобы ваша страшилка совпала с чьими-то политическими интересами. Идея «крэк-бэбис» понравилась и консерваторам, которые не выносят наркотики и рады любому поводу их демонизировать, и либералам, которые рады любому предлогу выбить больше денег на соцобеспечение. Пугали также тем, что на крэк можно подсесть с первого раза. Но опросы показывают, что его пробовали 15% населения, а в предыдущем месяце его курили лишь 2%. Значит, не все подсели с первого раза. Опять наврали. Запрет порождает не только преступность, но и ложь. Надо спешно все разрешить.  РАСПЕЧАТАТЬ
|
Размещение рекламы Информация о сервере Email: web@nrs.com  |
|
|
|
 |