Размышления у телевизора

Это было уже 487-е публичное выступление Барака Обамы за истекший год и отнюдь не первое перед обеими палатами Конгресса.

Послание «О положении дел в стране» было задумано как судьбоносное мероприятие на манер речи, которую тот же оратор произнес почти два года назад, после того как в центре общественного внимания неожиданно оказался его духовник – бесноватый пастор Джеремайя Райт, расист, антисемит и ненавистник Америки.

Обама мог просто откреститься от своего духовника, но предпочел произнести красивую глубокомысленную речь с анализом расовых отношений в Америке, и Райта ему простили.

Это было время, когда люди в экстазе регулярно падали в обморок на обамовских митингах, а мессия сочувственно предлагал им со сцены бутылочку воды. Многие, я подозреваю, были уверены, что вода живая.

Но волшебная палочка нашего маленького принца с тех пор сломалась, а мастерскую по их ремонту под названием General Magic Wands давно национализировали. Новые хозяева развалили дело, и прошлой осенью мастерская закрылась.

Сейчас перед нами предстал несколько постаревший и поседевший Обама, который прочел с экранов телесуфлера довольно стандартную речь, наводившую на мысль, что ему пора сменить спичрайтеров. Но прочел своим дивным баритоном, который, собственно, и делает его знаменитым оратором.

Недруги ехидно отметили, что Обама, патологически сосредоточенный на себе, сказал «я» около сотни раз. И по своему обыкновению неоднократно заменял «я» местоимением «мы», приводившим на память династию Романовых. Я сидел у телевизора и думал: «Мужик, будь  проще, и народ к тебе потянется».

Многие советовали ему теперь резко взять вправо, как сделал когда-то Клинтон, который этим себя спас. Но Обама лошадей на переправе не меняет. Тем более что его советники отзываются о Клинтоне пренебрежительно. Они романтики, которые, как писал обозреватель Джон Харрис, видят в Обаме «трансформационную фигуру, возвышающуюся на исторической арене». А Клинтон с его прагматизмом и постепеновщиной для них мелковат. Обама пришел к власти с обещанием отменить бушизм, но на самом деле занялся отменой клинтонизма.

Сейчас он решил пойти по пути гордого «Варяга», и речь его была местами глумливой и задиристой. Обама, например, великодушно заметил, что «ни к чему ворошить старое», но потратил почти половину своей речи на критику Буша.

Путь «Варяга» горд и благороден, но он утонул. Многие демократы перепуганы Массачусетсом и опросами, которые говорят, что, если бы ноябрьские выборы состоялись сейчас, они бы тоже утонули. Эти хотели бы, чтобы Обама сдвинулся немного к центру.

Другие, наоборот, желают идти ва-банк и требуют от Обамы новых трат, которые будут производиться нашими и занятыми у Китая деньгами.

Убив девять месяцев на перестройку медицины, которая могла бы подождать, демократы забросили  экономику, которая больна и ждать не может, и речь Обамы была посвящена в первую очередь подъему народного хозяйства. Он бросил кость республиканцам, поддержав нефтедобычу и строительство атомных станций, к которым раньше относился так же, как республиканцы к абортариям.

Обама призвал принять еще один пакет экономических стимулов, который лукаво будет назван по-другому – «Законопроект о создании рабочих мест», а по сути отличается от первого лишь размером: он меньше, потому что денег в казне уже совсем не осталось.

Президент, с одной стороны, заявил, что первый пакет «создал или спас два миллиона рабочих мест». Это утверждение так же невозможно проверить, как заявление Обамы о том, что в прошлом году он замочил в сортирах больше аль-каидовцев, чем Буш в предыдущем. Пойди посчитай. С другой стороны, он  настаивал на принятии закона о борьбе с парниковым выбросом, которая будет косить рабочие места пуще свиного гриппа. С третьей стороны, сказал, что прикажет строить скоростные железные дороги. Какой демократ не любит быстрой езды! С четвертой – обещал полностью легализовать геев в рядах вооруженных сил. Трепещи, талиб! Полчища вооруженных до зубов американских геев сметут исламистов с лица земли.

В общем, речь президента была такой же сборной солянкой, как и все выступления этого жанра. Главное, Обама решил бороться за народные интересы до последнего демократа.

Владимир Козловский